ГЛАВА VIII. О власти 4-го зверя пророчества Даниила изменять времена и законы

ГЛАВА VIII. О власти 4-го зверя пророчества Даниила изменять времена и законы

Во время царствования Греческого императора Юстиниана, а затем в царствование Фоки, Римский епископ пользовался над Греческими церквами некоторою властью, но она продолжалась недолгое время. Постоянная же власть его распространялась только на народы Западной империи, символизированные в 4-м звере Даниилова пророчества. Власть эта была установлена следующим эдиктом императоров Грациана и Валентиниана:

«Повелеваем, чтобы всякий, кто будет осужден решением Дамаса, постановленным в соборе с 5-ю или 7-ю Епископами или вообще Католиками, и осмелится апеллировать к Церкви, а также тот, кто про дерзостно не явится перед церковный суд, — да приводится силою власти благородными мужами, преторскими префектами Галлии и Италии на епископский суд, или высылается консулариями или викариями под стражей в город Рим. Если же преступление будет совершено в более отдаленных странах, то все производство по такому делу должно быть представлено на расследование митрополита этой провинции. Если же преступник Римлянин, то он обязательно должен немедленно явиться в Рим, или предстать пред судьями, которых назначит Римский епископ. — Точно также, если возникнет подозрение против какого-либо из провинциальных епископов или священников в неправосудии или пристрастии, то позволяется обращаться с апелляцией к Римскому епископу или к собору из 16 соседних епископов, с тем однако, чтобы решение, окончательно постановленное, после надлежащего расследования не перевершалось»[32].

Так как во втором из этих двух эдиктов не упоминается имен ни Валента, ни Феодосия, то, следовательно, он был издан в промежуток между их царствованиями, т. е. в конце 878-го или в начале 379 года. Он был обращен к преторским префектам Галлии (Praefecti Praetorio Italiae et Galliae) и Италии, a следовательно был общим законом, ибо Италийские префекты правили Италией, западной Иллирией и Африкой, а преторские префекты Галлии (Praefectus Prae­torio Galliae) управляли Галлией, Испанией и Британией.

Установление папской юрисдикции дало некоторым епископам повод обращаться к папам за разрешением различных сомнительных случаев, на что те отвечали декреталиями; таким образом папы подобными декреталиями стали предписывать законы всем Западным церквам. Гимарий, епископ Таррагона, главного города Испанской провинции, просил папу Дамаса дать указания относительно некоторых церковных дел, но письмо его прибыло в Рим лишь после смерти Дамаса (в 384 г.); тогда преемник Дамаса Сириций отвечал ему также в тоне законодательных предписаний. По поводу одного вопроса он писал: «Cum hoc fieri — missa ad Provincias a venerandae memoriae praedecessore meo Liberio generalia decreta, proliibeant» (т. е. «вселенские декреталии славной памяти предместника моего Либерия воспрещают тою»); по поводу другого: «Пусть те, кто недостойно злоупотребляет привилегиями духовенства, знают, что они будут лишены сана властью апостолического престола»; в другом случае: «Отныне да будет известно высшим духовным сановникам во всех провинциях, что в том случае, если они возведут в священный чин из какого бы то ни было звания кого-либо из таких лиц, против которых направлены каноны и наши интердикты, то со стороны апостолического престола не преминет воспоследовать соответственное осуждение этого деяния».

Послание заключается следующим образом: «Мы изъяснили, любезнейший брат наш, те общие определения, который относятся к данному вопросу; точно также и на отдельные случаи, относительно которых ты обратился к Римской церкви, как к главе твоего тела, мы дали тебе, как полагаю, удовлетворительные ответы; теперь же мы еще и еще возгреваем дух братства твоего к охранению канонов и выполнению всего установленного декреталиями; то же, что мы предписали по поводу твоих вопросов, доведи до сведения всех епископов, и при том не только тех, которые служат в твоем диоцезе, но также и всех епископов Карфагена, Боэции, Лузитании и Галиции и всех сопредельных провинций; то, что нами указано в нашем спасительном повелении, пусть будет разослано с твоими препроводительными письмами. И хотя постановления апостолического престола и досточтимые определения канонов должны быть известны каждому из служителей Господа непосредственно, однако в виду древности твоей епископии было бы полезнее и даже послужило бы для твоего прославления, чтобы все, написанное нами по общим вопросам лично тебе, через твое одномысленное нам содействие было доведено до сведения всех наших братий. Все то, что нами после всесторонних тщательных и подробных обсуждений во благо ныне установлено, то да пребудет незыблемым, и да будет прегражден на будущее время путь каким бы то ни было извинениям (в незнании), ибо мы отныне не потерпим его ни для кого. Дано в 3 день Февр. Ид, в консульство светлейших Аркадия и Бавтона. Но P. X. 385».

Папа Ливерий в царствование Иовиана или Валентиниана I посылал во все провинции декреталии, предписывавшие не перекрещивать ариан вторично. И он делал это в уважение к Александрийскому собору, постановление которого по этому вопросу он не решался отвергнуть.

Говорят также, что папа Дамас постановил на Римском соборе, что десятины должны быть вносимы под страхом анафемы и что в конце псалмов следует читать или петь «Слава Отцу» и т. д. Но первой дошедшей до нас декреталией является послание папы Сириция к Гимерию, которым он назначил Гимерия своим викарием во всей Испании для обнародования своих декретов и наблюдения за их исполнением. Епископы Севильи также одно время были папскими викариями; это видно из следующего письма Симплиция к епископу Зенону: «.... Руководствуясь столь славными указаниями, мы решили сообразно с ними облечь тебя властью викария нашего престола; облеченный такою властью, ты ни в чем не позволишь нарушать декреты Апостолического престола или определения св. Отцова»[33], Папа же Гормизда назначил епископа Севильского своим викарием над Лузитанией и Боэцией, а епископа Таррагонского — викарием над всей остальной частью Испании.

Папа Иннокентий I в своем декретальном послании к Виктрицию, епископу Руанскому во Франции, согласно эдикту Грациана, постановляет: Если между клириками как высшего, так и низшого чина возникнуть какие-либо дела или споры, то распря, согласно Никейскому собору, должна быть прекращаема конгрегацией епископов той же провинции; и никому да не будет позволено без разрешения Римской церкви, к которой надлежит сохранять уважение во всех случаях, обращаться в другие провинции, пренебрегши своими епископами, по воле Божией правящими церковью той провинции. Если же кто пренебрежет сим, то, по лишении духовного сана, да будет осужден. Если же возникнут какие-либо более важные случаи, то, как постановлено собором и требуется добрыми обычаями церкви, они после решения епископского должны передаваться на рассмотрение Апостолического престола». Судя по этим письмам, можно заключить, что Галлия была тогда подчинена папе, что это продолжалось уже некоторое время, и что Руанские епископы были викариями папы; ибо папа предписывает ему о более важных случаях доносить, согласно обычаю. Римской церкви. Вскоре викарием папы для всей Галлии сделался епископ Арльский.

В 417 г. папа Зосима вводит новое постановление, по которому никто не будет получать к нему доступа без верительных писем его викариев; власть же выдавать такие грамоты для всей Галлин была предоставлена Патроклу, епископу Арльскому. Вот этот декрет:

«Зосима епископам, поставленный над Галлией и 7-ю провинциями.

Такова воля Апостолического престола: если кто-либо из лиц, принадлежащих к какому-либо церковному чину, пожелает явиться из какой-либо части Галлии к нам в Рим или пожелает отправиться в какое-либо иное место, то может сделать это не иначе, как получив от епископа-митрополита грамоту, в которой должны быть указаны его духовный чин и место служения. Это постановлено нами в виду того, что многие епископы, пресвитеры и клирики присваивают себе почетные звания и добиваются не положенных им почестей, ссылаясь на то, что у них нет удостоверительных грамот нашего викария, коими они могли бы быть изобличены. Итак, любезнейшие братья, если какой-либо епископ, или пресвитер, или диакон, или кто иной какого-либо низшего чина клирик явится к нам, не имея вышеупомянутой грамоты, то пусть знает, что он вовсе не будет принят. Объявляем, что этот приказ разослан нами повсюду, дабы известно было во всех областях, что все, нами постановленное, подлежит безусловному исполнению. Если же кто этими благими постановлениями попытается дерзостно пренебречь, пусть знает, что он будет лишен общения с нами. Привилегию же выдавать сии утвердительный грамоты мы предоставляем его святости Патроклу, брату и соепископу нашему, в особое уважение к его заслугам».

То обстоятельство, что епископ Арльский был некоторое время папским викарием во всей Франции, подтверждается также всеми епископами Арльского диоцеза в послании их к папе Льву I. Они говорят: «Ему же предоставлено столько власти и значения, что он является не только главным правителем этих провинций, но и всю Галлию, порученную ему, как викарию Апостолического престола, держит в каноническом подчинении».

Папа Пелагий I в 666 г. в послании своем к Саподу, епископу Арльскому, пишет: «Желая при содействии милосердного Бога идти по стопам предместников наших и во всем подражать по Божественному внушению их деяниям, весь Гальский викариат святого Апостолического престола, занимаемого нами по Божественной благодати, вверяем твоей милости».

Итак, вследствие (упомянутого выше) императорского эдикта не только Испания и Галлия, но также и Иллирия были подчинены папе. Дамас сделал Асхолия или Ахолия, епископа Фессалийского, митрополита Восточной Иллирии, своим викарием для заведывания церковно-судебными делами. В 382 г. Ахолий, будучи вызван папой Дамасом, явился на, собор в Рим. Папа Сириций, преемник Дамаса, постановил, чтобы ни один епископ не рукополагался в Иллирии без согласия Анисия, преемника Ахолия, а последующие папы предоставили Руфу, преемнику Анисия, власть созывать поместные соборы. В коллекциях Гольстениуса есть отчет о Римском соборе, созванном при папе Бонифации II. В этом отчете воспроизводятся послания Римских епископов Дамаса, Сириция, Иннокентия I, Бонифация I и Целестина к Ахолию, Анисию и к Руфу, епископам Фессалийским. В этих посланиях папы вверяют им решение церковных дел в Иллирии, «предоставленное в сей провинции Господом и святыми канонами Апостолическому престолу». Папа Сириций в своем послании к Анисию пишет: «Уже давно, любезнейший брать, через посредство епископа Кандидиана, который ранее нас отошел к Господу, мы отправили тебе письмо о том, чтобы не позволялось предлагать к посвящению в Иллирии епископов без твоего согласия. Дошло ли до тебя это письмо, я не мог узнать. Мы сделали это постановление, ибо епископами под влиянием происков при рукоположениях многое совершается такое, о чем Милости твоей лучше известно». И далее:

«Со всяким тщанием, вдохновляясь от Св. Духа, надлежит тебе блюсти, чтобы подобного рода дерзостные посягательст��а были подавляемы; и, или ты сам, если можешь, или кто-либо из епископов, которых ты сочтешь пригодными, наставив их письменно, согласно правилам Никейского собора и Римской Церкви, должны на место умерших и изверженных из сана рукополагать в епископы достойных одобрения, как по своей жизни и поведению, так и заслуженных перед клиром».

Папа же Иннокентий I в своем послании к Анисию говорит: «Ему (Анисию) и предшественники и предместники мои епископы, славные мужи, т. е. святой памяти Дамас, Сириций и вышеупомянутый муж сообщили, чтобы о всем, что совершается в тех областях, доводилось до сведения твоей Святости, исполненной правосудия», В письме же к Руфу, преемнику Анисия, он пишет: «Итак, в виду больших расстояний, отделяющих от меня церкви, он просил у меня соответственного распоряжения, — и я решил, по внушению Господа Иисуса, попечение и всякие дела, который возникают в церквах Ахаии, Фессалии, Старом и Новом Эпире, Крите, Материковой и Прибрежной Дакии, Мизии, Дарданиии Превалии[34] вверить твоему благоразумию и осмотрительности. Ибо поистине, уступая его благочестивейшим настояниям, мы вверяем эту обязанность твоей мудрости и доблести; и мы вводим это постановление не как новшество, но подражая нашим Апостолическим предшественникам, которые вверяли эти обязанности блаженнейшим Ахолию и Анисию ради заслуг их э. Вонифаций I в своей декреталии к Руфу и другим епископам в Иллирии пишет: «Никто, как я неоднократно говорил, да не осмелится рукополагать кого-либо помимо ведома его (т. е. епископа Фессалийского), коему, согласно вышесказанному, мы вверяем все, как нашему викарию». Папа Целестин в своем декретальном послании к Иллирийским епископам говорит: «Знайте, что для провинции вашей назначен наш викарий (Руф), так что к нему, любезнейшие братья, должно обращаться во всем, что касается церковных судебных дел. Без его одобрения никто не должен быть рукополагаем. Без его ведома никто пусть не восхищает себе власти в той провинции, которая ему (Руфу) вверена; помимо его воли епископ да не помыслить созывать соборы. Тот же папа, по делу Перигена, в заголовке своего послания перечисляет провинции, состоявшие под властью этого епископа: «Руфу и прочим епископам, поставленным над Македонией, Ахаией, Фессалией, Эпиром, Новым и Старым, Превалией и Дакией». Папа Сикст в своем декретальном послании к тем же самым епископам шипеть:

«Как было установлено нашими предместниками, так и мы постановляема чтобы все Иллирийские церкви подлежали попечению Фессалийского викария нашего, чтобы он собственным усмотрением рассматривал и разрешал дела, которые, как это бывает, возникают между братьями; ему же должно доносить о том, что делается отдельными священниками. Поскольку требуют дела и поскольку сам он сочтет нужным, он властен созывать и соборы».

Папа Лев I в своем декретальном послании к Анастасию, епископу Фессалийскому, пишет: «Только митрополитам вверяется такая власть, что они в своих провинциях имеют право рукоположения. Самих же митрополитов рукоположи ты по зрелом и глубоком обсуждении — такова наша воля».

Западная империя состояла из Паннонии Первой и Второй, Савии, Далмации, Материкового и Прибрежного Норика; метрополией же был Сирмиум, пока Аттила не разрушил этого города. После сего метрополией Норикума и обеих Панноний сделался г. Лавреак, а Далмации — Салоники. Епископы Салоник и Лавреака стали получать от папы паллиум. Зосима в своем декретальном послании к Есихию, епископу Солунскому, предписываете ему сообщать апостолические декреты не только епископам своего города, но также и соседних провинций. Подчинение этих провинций Римской церкви началось, как кажется, при Анемии, рукоположенном в епископа Сирмийского А мвросием, епископом Медиоланским, и на Аквилейском соборе 381 г. (при Дамасе) объявившем свое мнение в таких выражениях:

«У Иллирии нет иной главы, как Сирмиум. Я же епископ этой страны. Итак, того, кто не исповедует, что Сын Божий вечен и совечен Отцу, который извечен, — я объявляю анафемой». На следующий год Анемий и Амвросий с Валерианом, епископом Аквилейским, Ахолием, епископом Фессалийским, и многими другими, явились в Рим на собор, созванный с тем, чтобы благодаря перевесу голосов получить преобладание над Греческой церковью и возвеличить авторитет апостолического престола, первая попытка к чему была уже сделана на Сардикийском соборе.

Аквилея была вторым городом Западной Империи и некоторые называли ее вторым Римом. Она была метрополией Истрии, Юлиева Форума и Венеции; ее подчинение Римской церкви явствует из декреталии папы Льва I, обращенной к Никите, епископу Аквилейскому. Папа начинает свое послание так: «Сын наш Адеодат, диакон нашего престола, возвратясь к нам, напоминает, что твоя милость пожелала получить ответ с высоты апостолического престола относительно некоторых вопросов, которые, как кажется тебе, представляют большую трудность для разрешения». Затем он дает ответы на вопросы, поставленные Никитой, и заключаешь так: «Это же письмо наше, которое мы посылаем для руководства твоему Братолюбию, распорядись сообщить всем братьям и соепископам твоей провинции, дабы при общем содействии данное разъяснение оказало пользу. Дано в 12 день апрельских календ, в консульство Майорана Авг., в лето от Р. Хр. 466». Григорий Великий потребовал в 591 г., чтобы Аквилейский епископ Север явился к нему для суда на собор в Рим[35].

Епископы Аквилеи и Медиолана (ныне Милана) рукополагали один другого и вследствие этого состояли в равном достоинстве и равным образом были подчинены Римской церкви. Об ятем свидетельствуют следующие слова лапы Пелагия (около 667 г.): «Существовал древний обычай, в силу которого епископы Медиоланские и Аквилейские должны были рукополагать друг друга, так как вследствие отдаленности и трудности пути для них было тягостно получать рукоположение от апостолического епископа»[36]. В этих словах заключается удостоверение, что посвящение этих двух епископов по праву принадлежало Римской церкви. Когда Лаврентий, епископ Медиоланский, отлучил Магнуса, одного из медиоланских пресвитеров, и затем умер, то Григорий Великий разрешил Магнуса от отлучения и послал паллий вновь избранному епископу Констанцию[37]. На следующий год он заподозрил последнего в пристрастии в деле Фортуната и приказал ему прислать Фортуната для суда в Рим[38]. Четыре года спустя он назначил епископов Медиоланского и Равеннского судьями по делу некоего Максима[39]. Еще два года спустя, т. е. в 601 г., когда вследствие смерти Констанция народ Медиоланский избрал в преемники его Деусдедита, а Лонгобарды выбрали другого, то Григорий написал знати, клиру и народу Медиолана послания, которыми властно предписывалось рукоположить Деусде­дита и разъяснялось, что тот, кого избрали Лонгобарды, недостоин быть преемником кафедры Амвросия[40]. Отсюда следует заключить, что Медиоланская церковь находилась в подчинении Римскому престолу со времен Амвросия, ибо сам Амвросий признавал авторитет этой церкви. «Ecclesia Romana, говорит он, banc consuetudinem пои habet, cujus typym in omnibus sequimur, et formam», (т. e. этого обычая не держится Римская церковь, примеру которой мы следуем во всем)[41]. Далее он говорит: «In omnibus cupio sequi Ecclesiam Romanam» (т. е. «я хочу во всем следовать примеру Римской церкви»), В своих комментариях на Тимофея (I, 3) он пишет: «хотя Богу принадлежит весь мир, но домом Его считается церковь, а правитель церкви ныне Дамас». В своей проповеди над гробом своего брата Сатира он рассказывает, как последний, прибыв в один из городов Сардинии, «призвал местного епископа и стал расспрашивать его, согласуется ли он с кафолическими епископами, т. е. с Римскою церковью». Совместно с Аквилейским собором 381 г. в соборном послании к императору Грациану он пишет: «Умоляем вашу милость, дабы никто не осмеливался нарушать покоя Римской церкви, этой главы вселенной, а также и чистоты пресвятой веры Апостольской, ибо из нее на всех изливаются блага святого таинства причащения». Итак, Аквилейская и Медиоланская церковь были подчинены Римской кафедре со времен императора Грациана. Авксеитий, предместник Амвросия, еще не был подчинен Риму; следовательно, подчинение МедиоланскоЙ церкви началось при Амвросии. Медиоданский диоцез заключал в себе Лигурию с Инсубрией, Коттские Альпы и Рэцию и отделялся от Аквилейского диоцеза рекою Аддуей. В 844 г. епископ Медиоланский освободился из под власти Рима, и это отделение продолжалось около 200 лет, как об этот свидетельствует Сигоний: «В тот же год Ангильбер, архиепископ Медиоланский по мало известной причине отложился от Римской церкви. Пример этот получил для последующего времени такое значение, что Медиоланская церковь вернулась к повиновению Римской власти не ранее, чем через 200 лет[42].

Епископ Равеннский, митрополит Фламинии и Эмилии, также был подчинен лапе. Это видно из того, что Зосима в 417 году отлучил нескольких пресвитеров этой церкви и послал об этом увещевательное письмо клиру этой церкви, как отрасли церкви Римской — In sua, говорит он, hoc est — in Ecclesia nostra Romana [что значит: «в ее (Равенны) — т. е. в нашей Римской церкви»]. Когда клир Равеннской церкви, избрав себе нового епископа, уведомил о том папу Сикста, то последний устранил этого избранника и рукоположил вместо него Петра Хризолога[43]. Хризолог в послании своем к Евтихию, находящемся в актах Халкидонского собора, пишет следующее: «Мы, ради мира и веры, в вопросах религии, помимо епископа Римского судьями быть не можем». Папа Лев I, к которому Лев, епископ Равеннский обратился за разъяснением некоторых вопросов, отвечал ему декреталией 451 года. Папа Григорий Великий, наставляя[44] Иоанна, епископа Равеннского, относительно значения паллия, говорит ему о постановлены одного из своих предместников, папы Иоанна, в силу которого все привилегии, ранее предоставленный епископу и церкви Ра­веннской, должны быть соблюдаемы. Иоанн ответил на это письмом, выражавшим признание своего подчинения. После лее его смерти папа Григорий предписал произвести «визитацию» Равеннской церкви, подкрепил дарованные ей привилегии и по древнему обычаю послал новому епископу ее Мариньяну свой паллий. И хотя церковь Равеннская временами восставала против церкви Римской, однако всегда снова возвращалась в подчинение ей.

Остальная Италия вместе с прилежавшими островами, состоявшая из «пригородных» областей или 10 провинций под властью светского викария Римского [Кампания (1), Тусция и Умбрия (2), Подгородний Пицеяум (3), Сицилия (4), Апулия и Калабрии (б), Вруция и Лукания (6), Самниум (7), Сардиния (8), Корсика (9) и Валерия (10)], представляла собой собственную провинцию Римского епископа. Это видно из следующего: Никейский собор в Бм каноне предписывает, чтобы в каждой провинции весною и осенью созывались соборы; вследствие этого канона епископы перечисленных провинций дважды в год собирались в Риме. Папа Лев I применяет этот канон к Риму в декреталии, данной епископам сицилийским (в 447 г. в консульство Алипия и Ардабура), в следующем смысле: «Так как святыми отцами весьма благопотребно постановлено, чтобы дважды каждый год собирался собор епископов, то пусть по трое из вас всегда являются к 3-му дню октябрьских календ в Рим для участия в постоянном соборе. И пусть этот обычай соблюдается вами неукоснительно, ибо при помощи Божьей благодати легче можно будет предусматривать, дабы в церквах Христовых не возникали постыдные дела (ереси). Это осуществимо в том случае, если пред лицом Апостола Петра всегда будет соборно обсуждаемо, чтобы все канонические правила неприкосновенно исполнялись всеми служителями Господа». Что в Римскую область входила Сицилия вместе с значительной частью Италии и соседних островов, видно из того, что от них в Рим посылались епископы на ежегодные соборы; но в нее не входили Равенна, Аквилея, Медиолан, Ард и др., так как провинции эти имели собственные соборы. Епископы каждой особой провинции Римской империи созывались в соборы митрополитами или епископами главных городов провинций, председавшими на этих соборах. Епископ же Римский не только председательствовал на своих соборах, составленных из епископов «пригородных» областей, но посылал также указы митрополитам всех прочих провинций Западной империи, как их универсальный правитель. Это будет видно дальше из следующих примеров.

Папа Зосима вызвал в 417 г. епископа Марсельского Прокула на собор в Рим для суда по обвинению в незаконных посвящениях и осудил его, как он об этом упоминаем в нескольких своих письмах. Папа Бонифаций I в 419 году вследствие жалобы духовенства Валенции против епископа Максима предписал епископам всей Галлии и 7 провинций собраться на собор для суда над ним; при этом в своем послании он говорит, что и его предшественники поступали подобным же образом. Папа Лев I собрал общий собор в Галлиции из всех испанских провинций для осуждения ереси манихеев и прискиллиан, как он пишет в своей декреталии Туррибию, испанскому епископу. В одной из своих декреталий он предписывает Никите, епископу Аквилейскому созвать собор из епископов этой провинции для утверждения соборных постановлений, изданных против пелагианской ереси и уже действующих в Римской области. В декреталии, обращенной к Анастасию, епископу Фессалийскому, он предписывает последнему собирать по два областных собора ежегодно, а о более важных делах доносить Римскому престолу; если же по какому-нибудь чрезвычайному случаю возникнет необходимость в сознании собора в неурочное время, то он предписывает не беспокоить всех епископов, но довольствоваться двумя епископами от каждой провинции и не задерживать их свыше двух недель. В той же самой декреталии он описывает установившуюся уже тогда в церковном управлении практику, подчинявшую римскому престолу все прочие церкви.

«Из этого образа правления произошло также различие и между епископами, при чем с большой мудростью предусмотрено, чтобы не все епископы прилизали на всю полноту власти, но чтобы в каждой провинции были особые епископы, решение которых первенствовало бы перед мнением прочих братьев, и затем, чтобы более важные обязанности были возложены на поставленных в главных городах епископов, через коих все лопочете о церкви сосредоточивалось бы у единого Петрова престола вселенской церкви, дабы ничто не отделялось от главы ее. Поставленный же над другими не должен обращать свое первенство кому-либо в тягость, но пусть сам держится того же повиновения, которого требует от других, и как сам он не пожелал бы нести тяжкое иго, так и на других пусть не возлагает бремени неудобоносимого».

Эти слова в достаточной степени выясняют монархически образ правления, установившийся в церквах Западной империи под властью Римского епископа, благодаря императорскому декрету Грациана и опиравшимся на него декреталиям.

Тот же папа Лев, добившись на Римском соборе осуждения Илария, епископа Арльского, за проступки, совершенные им на областном соборе в Галлии, воспользовался этим случаем, чтобы получить от Западного императора Валентиниана III следующий эдикт, устанавливающий полную власть римского престола над всеми церквами Западной Империи: «Императоры Феодосий и Валентиниан Август Аэцию, Оиятельяому мужу, Комесу и Магистру пешей и конной службы, Патрицию».

«Известно и нам и всей империи нашей, что единственное прибежище для человека это милость верховного Божества, получению которой особенно способствует Христианская вера и досточтимая наша религия. Итак, поелику достойно заслуженное первенство Апостолического престола святого Петра, князя епископов и гражданина Римского государства, подтверждено также властью святого собора, то никто да не осмелится предпринимать что-либо, неодобренное авторитетом того престола: ибо тогда только настанет повсюду мир в Церквах, когда вселенная познает своего правителя. И вот в то время, как такой порядок вещей соблюдался доныне всюду неприкосновенно, Иларий Арльский ныне, как мы узнали из достоверного сообщения досточтимого мужа Льва, Римского папы, пытался тайной дерзостью ввести воспрещенные обычаи и даже наполнил Трансальпийские церкви ужасным смятением, о чем наглядно свидетельствует недавний пример. Ибо Иларий, именующийся епископом Арльским, помимо ведома первосвященника Римской церкви, позволил себе не должным образом рукополагать во епископы, присвоив себе такое право единственно по дерзости. Одних он, не имея права, низлагал; других рукополагал непристойно, без согласия и даже вопреки настояниям граждан. А так как рукоположенные им во епископы неохотно принимались теми, кто их вовсе не выбирал, то он нанимал вооруженный отряд и запершихся в стенах своего города граждан осаждал или брал приступом точно неприятель; призванный уже по своему сану проповедовать мир, он однако кафедры кротости замещал при посредстве вооруженного насилия. Обсудив, по повелению благочестива го мужа, папы города Рима, все эти преступления против величия империи и должного уважения к Апостолическому престолу, собор постановил против виновного за неправильные посвящения известный приговор. Этот приговор имел бы силу для всей Галлии даже и без императорской санкции: ибо на что не распространяется власть первосвященника! Но наше предписание вызвано следующей причиной. Впредь ни Иларию, которому до сих пор именоваться епископом позволяет лишь обычное человеколюбие наместника Апостолического престола, и никому иному не разрешается вмешиваться в церковный дела с вооруженною силою или сопротивляться приказаниям Римского наместника, ибо такими дерзкими деяниями нарушается верность и уважение, подобающие империи. И мы воспрещаем не только то, что составляет уголовное преступление, но повелеваем и подтверждаем нашею неизменною санкциею, чтобы в церквах не возникло даже и малейшего замешательства и дабы ни в чем не проявлялось умаление церковной дисциплины. И не одним только епископам Галлии, но и всех прочих провинций, воспрещается посягать на исконные об��чаи без одобрения досточтимого папы Вечного города. Но всем им да будет в закон то, что освятила или в будущее время освятит власть апостолического престола, так что, если какойлибо из епископов, вызванный на суд к папскому викарию, откажется явиться, то правитель провинции должен понудить его к явке на суд ради сохранения привилегий, предоставленных святой Римской церкви нашими божественными предками, о Аэций, любезнейший родитель Августа. Вследствие этого сиятельное и преславное великолепие твое, по силе настоящая эдикта, пусть распорядится охранять вышеизложенное постановление, и со всякого судьи, который допустить нарушение этих наших предписаний, немедленно взыскивать 10 ливр золота. Божество да хранит тебя на многие лета, дражайший родственник. Дано в 8 день июньских Ид в Риме, в консульство Валентиниана, 6 августа, в год от P. X. 446 .

Этим эдиктом император Валентиниан наложил на все церкви своей империи обязанность безусловного повиновения воле Римского епископа, ибо объявляет, что всякий самостоятельный почин епископов в чем бы то ни было без одобрения папы противен древнему обычаю, и что епископы, вызываемые к нему на суд, должны быть приводимы силою губернаторами провинций; причем все эти папские привилегии он приписывает распоряжениям своих покойных предков, т. е. эдикту Грациана и Валентиниана II, как указано выше. Отметив это, мы найдем, что главенство Римской церкви в это время лилось уже 66 лет; и если до этого момента оно еще не было окончательно установлено, то указанного эдикта было достаточно, чтобы поставить это главенство вне всякого спора по всей Западной империи.

Так все епископы Арльской провинции в послании своем к папе Льву I в 460 г., ходатайствуя о восстановлении привилегий их митрополии, говорят: «Чрез блаженного Петра, князя Апостолов, пресвятая Римская церковь получила княжение над церквами целого мира». Керамий, Салоний и Верен, три Галльских епископа, в письме к тому же папе Льву I говорят: «В большое и даже несказанное ликование пришли мы, рабы твои, по поводу того, что твое поучение получило такую славу на всех соборах церковных, что принято почти единодушным решением всех; итак, по заслугам установлено первенство Апостолического престола, откуда ныне раздаются вещания апостольского духа».

И сам Лев в своем послании к епископам и митрополитам Иллирии говорит:

... «Ибо заботы наши простираются на все церкви, так как этого требует от нас Сам Господь, Который облек блаженнейшего Апостола Петра в награду за веру его достоинством князя Апостолов, утвердив вселенскую церковь на нем, как на несокрушимом камне».

В то время, как Церковная область возвышалась, северные варварские нации вторглись в Западную империю и образовали в ней несколько государств; их религия отличалась от религии Римской церкви. Но все эти государства постепенно приняли римское исповедание и в то же время подчинились папскому авторитету. Франки Галлии подчинились в конце V века, Испанские Готы — в конце VI, Лонгобарды же в Италии были покорены Карлом В. в 774 г. Между 775 и 794 гг. тот же Карл распространить папское влияние на всю Германию и Венгрию до реки Тиссы и Балтийского моря. Он поставил папу таким образом выше всякой человеческой власти и в то же самое время помог ему подчинить город Рим и Римское дукатство. С обращением 10 королевств к Римскому исповеданию папа лишь расширил свое духовное господство, но еще не возвысился, как рог зверя. Папа сделался одним из этих рогов лишь благодаря приобретению светских владений; а владения эти он приобрел в последнюю половину VIII столетия, покорив себе три первых рога, как изложено было выше. Теперь, добившись светского господства и могущества выше всякой человеческой власти, он «стал по виду больше прочих» (Дан. VII, 20), и «времена и законы (с той поры) были преданы в руки его до времени, времен и половины времени» (там же 25) или на три времени с половиной, т. е. на 1260 солнечных лет, считая время за календарный год в 360 дней, а день за солнечный год. После же этого «воссядут судьи и отнимут у него — не сразу, а постепенно, — власть губить и истреблять до конца» (там же 26). «Царство же и власть и величество царственное во всей поднебесной дано будет (постепенно) народу святых Всевышнего, Которого царство — вечное, и все властители будут служить и повиноваться ему» (там лее 27, 28).

Таксономия: